БОГОСЛОВИЕ СВ. САВВЫ

VINJETA IZ PSALTIRA XII -XIV veka

Начальное богословское образование будущий святитель получил при княжеском дворе своих родителей, в Расе. Дальнейшей школой стал для него Ватопедский монастырь с его богатейшей библиотеке духовной литературы. Но окончательной духовной зрелости святитель достиг в период пребывания в Карее. Там, в монашеских трудах и подвигах, созерцательном богомыслии и священнобезмолвии, сформировались и выкристаллизовались его духовные представления о мире, человеке и Боге, ставшие основанием совершенной церковно-богословской системы, что нашло отражение не только в его литературных творениях, но и во всей его просветительской деятельности.[1]

sv_sava

В своих трудах св. Савва высказывал не только практические соображения, касающиеся монашества, но и неизменно затрагивал богословские теми широкого значения, относящиеся к Домостроительству спасения рода человеческого и мира в целом; в том числе и народа сербского, ради коего он неустанно подвизался весь свой земной век. Исполнить во Христе явленную волю Божию, принять в Нем совершенное спасение и, войдя в Царствие Божие, достичь блаженной вечной жизни – вот главные сотериологические тезисы богословия св. Саввы, коима руководствуется ко спасению человеческая личность.

Святитель Савва указует нам и на то, в чем заключается смысл „новой твари“, что рождается под действием сих благодатных условий, растет и развивается до совершенства, до „полноты Божией“, „доколе не изобразится в вас Христос“ (Еф. 3,19; Гал. 4,19).

Уже младший современник, ученик и первый биограф св. Саввы, „богоумный иеромонах Доментиан“, засвидетельствовал и отметил, что богоносный и равноапостольный отец Сербской Православной Церкви – св. Савва, был воистину великим богословом, который „души христолюбивых питал душеполезными беседами и духовными глаглоами и, будучи наделен Христом всеми духовными дарованиями, всем изливал потоки богословия“.[2] Да бы показать, что св. Савва был воистину великим православным богословом – во всех Богом данных, областях святоотеческого богословия – обратим внимание на его сочинения, и в первую очередь на три его знаменитые, богословски содержательные проповеди.

Составляя житие св. Савы, биограф святителя Доментиан ясно показывал нам,сколь велико было Саввино радение за правую – православную – веру в своей земле и в своем народе.[3]

Эта ревность св. Саввы, вне всякого сомнения удвоилась, когда он стал первым архиепископом автокефальной Православной Церкви в Сербии, ибо тогда ответственность его за наставление и спасение вверенного ему от Бога церковного народа и братьев по крови – стала огромной.

Доментиан именно это и подчеркивает, когда говорит о скорби и печали св. Саввы при помышлении о на словах Спасителя: „И от всякого, кому дано много, много и потребуется; и кому много вверено, с того больше взыщут“ (Лк. 12, 48.).[4]

Доментиан сообщает, что православный вселенский Патриарх держал возле себя св. Савву „все те дни“, пока тот пребывал в Никее, „научая его в божественных правилах и к душевной пользе и во всем необходимом – как и образец порядка святого и апостольского предания“.[5]

Сии слова недвусмысленно свидетельствуют, что новому Архиепископу Сербскому Патриарх Никейский указывал (в этом нет сомнения) на основные «священные» тексты, содержащие апостольское и святоотеческое Предание, которое и является самым необходимым для жизни Церкви. Т.е. в первую очередь это были, по-видимому, тексты решений, заповедей, правил Вселенских и Поместных соборов и свв. Отцов. В чем еще мог состоять самоотверженный труд по возвышению и утверждению Православия, как не в церковно-богословской-подвижнической ревности о верности святоотеческому и соборному, живому Преданию, тому Преданию, которое проверено и подтверждено на Вселенских и Поместных церковных соборах. Именно это все текстуально зафиксировано и отражено в содержании Синодика и Кормчей.

Для св. Саввы также характерно и то, что он, как пишет Доментиан, „всех поучал, дабы пребывали во Христе, учил всякому боголюбию… потоки богословия, на всех изливая, словом божественного своего разума посекая терние лжеучения зловерных учеников еретических, усладил неоскудно правую веру новой благодатью Христовой, все обновляя и обращая всех веровать во Едино Божество“.[6]

Очевидно, что, характеризуя подобными глаголами подвиги св. Саввы, Доментиан имел в виду в первую очередь Жичский Собор св. Саввы и его архиепископскую – догматическо-богословскую – деятельность на данном соборе. Сия деятельность носила двоякий характер: с одной староны, это было то позитивное, богословское исповедание основных догматов Православия; а с другой стороны, борьба с еретиками.

hram-svetog-save-beograd

Содержание Жичской проповеди или Беседы о правой вере ясно указует нам на главные направления сих „потоков“ православного богословия, привнесенных и принесенных св. Саввой из апостольско-святоотеческого живого Предания Православной Церкви в его сербскую землю и паству[7]. В этой своей проповеди св. Савва вдохновенно излагает краткое содержание всего святоотеческого богословского наследия, т.е. открывает нам догматическое исповедание совокупной Троической и Христологической тайны, целостное тело Истины.

Первый Сербский архиепископ в начале своей Беседы обращается к собравшимся на Соборе в Жиче пастырям и пастве со следующими словами: „Отцы и братья, друзья и чада“ (ср. Ин. 15, 14-15). Се суть христианские имена, выражающие одинаковое достоинство и честь всех верных – и пастырей, и паствы – перед Богом, потому что все они – Богом призванные сыны Божии в Сыне Божием, а потому все – братья между собой[8].

Обращаясь так к своей пастве, архиепископ Савва призывает их прежде всего собственными сердцами, совестью душевной и умными очами выслушать и принять откровение и исповедание божественных догматов (из Символа веры и из Синодика Православия в целом) как действительной, истинной веры Сербской Автокефальной Церкви, которая сим исповеданием торжественно провозглашает и утверждает себя как Соборную Апостольскую Церковь Христову. Откуда же у архиепископа Саввы и вообще у пастырей Церкви таковая и толикая власть проповедовать догматы веры? Такая власть в Церкви, – говорит жичский проповедник, – происходит из заповеди Христовой, данной Его Апостолам: „Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа“ (Мф. 28, 19).

Эта заповедь и власть, данная Апостолам, имеет свои корни в самой безграничной любви Божией к людям, любви, которая отличает христианского самооткровенного Бога, почему Он есть и называется Господом Человеколюбцем (ср. Тит. 2, 4; Прем. 1, 6; 7, 23.).

Сие человеколюбие и неизмеримая милость Божия к человеческому роду низвели Сына Божьего на землю с неба, т.е. Сын Божий – по любви Своей к людям – воплотился и стал истинным Человеком и пострадал за человека, чтобы таким образом человек освятился, просветился и был спасен. Христос безгранично близок нам тем, что самым совершенным образом вочеловечился и засвидетельствовал Свою Божественную любовь к нам, т.е. Он есть „Любовь Божия“.

Потому-то и заповедь Христова Апостолам – проповедовать Евангелие всем народам (а эта проповедь Евангелия характерна и для данной беседы святителя, поскольку сродни проповедям, возглашениям и исповеданиям Божественных догматов Церкви) – представляет собой продолжение дела спасения и домостроительства Христова, продолжение Божественного спасения людей в Церкви и через Церковь, которая есть воплощенный Христос.

Св. Савва открывает и показует своему народу значение и смысл Церкви, призванной в границах преходящего и временного сообщества и общежития свидетельствовать о том, что вечно и вневременно; призванной являть собой подлинные, вечные масштабы истории и человеческого бытия, – как личного, так и общественного; призванной и стремящейся воплотить свою вечную истину в повседневной человеческой жизни и исполнить тем самим бессмертным смыслом человеческое сообщество на земле.[9]

Глубокое понимание св. Саввой истинного значения богодарованного епископского достоинства в Православной Церкви ясно свидетельствует о его богословско-экклесиологическом сознании. Будучи Архиепископом Поместной Церкви, он не мыслил ее иначе, как неотъемлемую часть Единой Соборной Апостольской Церкви.[10] Поэтому Доментиан и называет его „сопрестольником и сонаследником и соучастником апостольского престола, соучастником истинной благодати свв. Апостолов“.

Более того, архиепископ Савва „сам есть Церковь Божья, что зиждется на основаннии Апостолов и Пророков“. Согласно Киприану Карфагенскому: „Епископ – в Церкви, и Церковь – в епископе“.[11] Так, в православной экклесиологии, всякий епископ понимается как живая икона Христа – Главы Церкви, как сопрестольник и сонаследник Святых Апостолов, а всякая епископская Церковь (если она каноническая и православная) – как Апостольская, несмотря на то, что далеко не каждую из них основал непосредственно кто-то из двенадцати Апостолов.

Св. Савва знает (что это выражает в своей Беседе), что его судьба как пастыря и личное спасение тесно связаны со спасением вверенной ему паствы, а потому молит свой сербский народ, дабы с любовью восприял истинные слова веры, т.е. догматы, которые он ему проповедует, чтобы всяк человек в роде сем также мог „иметь часть со Святыми“ – Апостолами, Пророками и Отцами Пастырями.

Св. Савва разясняет сию заповед полученную им от Бога Духом Святым, поясняя, что „слова спасения“ и „божественные догматы“ – суть истинная вера Божия, т.е. православная вера Церкви, подтвержденная и засвидетельствованная на семи Вселенских Соборах. Савва исходит из Апостольского учения, ссылаясь конкретно на Апостола Павла, поучающего, что настоящая и истинная христианская вера есть основание, утвержденное свв. Апостолами и свв. Отцами Духом Святым.

Вера, понимаемая так, имеет не только моральное и сотериологическое, но одновременно и экклесиологическое значение, ибо это – вера Церкви. Поэтому только настоящая православная церковная вера может быть и является основой правильной и добродетельной жизни, добрых и благих дел, и святых добродетелей.

Развивая сию мысль, Сербский архиепископ напоминает известную евангельско-святоотеческую истину о взаимосвязи и взаимообусловленности правой веры и добродетельной жизни. Он цитирует св. Апостола Павла (Гал. 5, 6; ), св. Апостола Иакова (2, 17-26) и св. Кирилла Иерусалимского (Катехизис 4, 2), говорящих, что совершенный человек Божий состоит из правой веры и правильной, истинной, жизни, т.е. из ортодоксии и ортопраксии, так как одно без другого не приносит спасения.

Все же, при всей равновеликости взаимной связи веры и жизни, первенство остается за правой верой, поскольку она – основание и источник добрых, богоугодных и спасительных дел. Конечно, нет веры без правильной жизни, – подчеркивает жичский проповедник, – потому что правая и истинная вера именно по тому и познается, что проявляется в добрых делах, как доброе древо познается по своим плодам. Поэтому Жичский проповедник вновь возвращается здесь к известному Богооткровенному слову Апостола Павла: „Спасает вера, действующая любовью“ (Гал. 5, 6).

Подготовив таким образом всесторонне своих слушателей, отверзши им сердца и души для слушания и принятия правой веры Христовой, Сербский архиепископ приступает к изложению и исповеданию истиной Православной веры и опровержению ложных еретических учений.

„Итак, исповедуя веру, хочу, чтобы все утвердилось якоже мы и веруем. Хочу обновить по среде вас святую, истинную, божественную веру во имя Отца и Сына и Святого Духа“ – говорит Св. Савва.[12] Возвестить, объявить и свершить сие обновление правой веры на первом великом Соборе автокефальной Сербской Церкви святитель Савва не мог без исповедания важнейших христианских догматов – о Св. Троице и о Воплощении Христовом, – которые и составляют самую суть его Беседы о правой вере. „Веруем в Отца, и Сына, и Св. Духа, воспевая Троицу Божественную, как Причину и Создателя всего, имеющего причину и сотворенного, видимого и невидимого; Коя во едином существе, но в трех Лицах.

Итак, мы исповедуем Единого Бога и Одно Его простое и бестелесное естество (природу) и существо, но различением Лиц разнообразно знаменуем, покланяясь Троице Единосущной и Единомогущественной и Самоначальной“.[13]

Далее же, он как раз говорит о личном свойстве Бога Сына, „Который родился от Бога Отца, Слово, Которое родилось от Него безвременно и нераздельно, Единосущное Тому, Который родил, Который всегда с Ним… от Бога Отца Единосущный Ему Бог Слово“.[14] Вся христианская вера Церкви зиждется на богооткровенных истинах о Св. Троице и о Воплощении Единого от Троицы, Сына Божьего, Который вочеловечился.[15]

sts-sava-simeon

Эти две истины составляют сущность Православия, совокупное содержание Церкви, Православной веры, крещения, Литургии, Вселенских Соборов, епископского исповедания и т.д., поскольку в этих двух основных и всеобъемлющих догматах содержатся все остальные святые догматы, вся тайна Живого и Истинного Бога и Его дéла созидания и спасения человека во Христе. Поэтому и вся богословско-догматическая борьба Свв. Отцов на всех Вселенских Соборах была направлена на соблюдение и отстаивание от посягательств еретиков этих двух главных христианских догматов, т.к. исповедание или отрицание их либо укрепляет, либо низвергает совокупную христианскую веру и Церковь.[16] Христианская вера – это вера во Единого Бога Отца и Его Единородного Сына, и во Святого Духа, вера в „Божественную Троицу“, – как говорит сам св. Савва. Отец,Сын и Св. Дух – это величайшая Тайна Божьего самооткровения, непостижимая Тайна, которая превыше разума; Тайна, которую Сам Бог открыл миру и человеку Воплощением Сына Божьего и сошествием Духа Святого в мир.

Это – то, что превозносит христианство над всеми остальными мировыми религиями, почему Православное Христианство и не называется религией, но Откровением Истинного Бога Живого, в Троице прославляемого и воспеваемого: Отца и Сына и Святога Духа. Многие еретики саму Троицу извращали и отрицали, ложно толкуя Божественное Откровение, которое сохраняется в живой вере Церкви и выражено в Св. Писании и Предании; в числе таковых были и богомилы. Еретики отрицали Св. Троицу, либо сводя Три Божественные Ипостаси в одну безличную Единицу, либо разделяли Три Лица на сущности, тем самым умаляя и принижая их. Ратоборствуя супротив подобных еретических учений, церковная вера и богословие подчеркивали, с одной стороны, реальное существование трех Божественных Имен: Отца, Сына и Св. Духа, различаемых только по личным свойствам; а с другой стороны, отмечали Их единство и одинаковость по природе и сущности, силе и власти. Поэтому обе эти богословские триадологические истины равно выделяются в Беседе св. Саввы: и троичность Лиц, и единство Божественной сущности. Так, христианская вера в Св. Троицу означает, тем не менее, веру в Единого Бога. „Исповедуем Единого Бога“ – заключает св. Савва.[17]

В Беседе о правой вере вера в Божество Христово выражена прежде всего следующими словами: „Единого из Троицы; ни Отца, ни Св. Духа, но Сына и Бога, Который от Бога и Отца родился; Слово, Которое от Него родилось, безвременно, нераздельно и нетварно, единосущно Тому, Который родил, Который вовек с Ним, Который добротою Своею все привел из небытия в бытие“.[18] Божественная природа Христова проявилась в деле Воплощения, т.к. Пресвятая Богородица родила „Единога из Троицы“. Так, Христос родился „от Отца прежде“, а затем от Богородицы – „Бог без семени“.

Христос ради нас „оставил неизмеримую высоту и сошел с небес“.[19] Он родился „прежде денницы из бестелесной утробы безначального Отца, прежде бытия всех людей и всякого видимого и невидимого творения, неразлучный изначально от присносущного Отца; Который людям даровал бытие“.[20] В связи с догматом Воплощения встречаем мы у св. Саввы и учение о кенозисе Христа, которое ярко иллюстрирует ап. Павел (Флп. 2, 7-8).

Эту богословскую идею, объясняемую Апостолом языков на основе ветхозаветных пророческих видений, св. Савва много раз повторяет в своей Беседе. Он говорит: „Пришел Бог, воплощенный… принявший образ слуги“.[21] И далее, вспоминая крестную смерть Христову: „Причислен к мертвым и был положен во гроб, и сошел в самые нижние пределы к тем, которые сидят во тьме и сени смертной…

И в это унижение сошел Господь наш – ради нас, людей, желая освободить и воскресить нас; что и сотворил, освободив нас от этой скорбы и тьмы… не потеряв Своего владычества, не кичась Своим господством, призревши на нас „.[22]

Вспомним и то, что православное исповедание Пресвятой Девы Марии Богородицей, которое так же отвергали несториане, а вслед за ними и богомилы, тоже подтверждает реальность Христова Божества со истинным естеством человеческим, т.е. подтверждает действительность Его Воплощения и Вочеловечения в утробе Девы, когда Сын Божий, „оставаясь Тем, Кем Он был“, т.е. Богом, „стал Тем, Кем Он не был“, т.е. действительным и реальным человеком, как и мы (кроме греха), так что мог действительно и реально испытывать наши человеческие природные нужды (голод, жажду, страх, смерть).

В основе дела Воплощения и спасения, как говорит св. Савва в своей Беседе, лежит девство Богоматери. Об этом он возвещает следующими словами: „Единосущный Бог – Слово, Который ради множества Своего человеколюбия, волей Отца и Духа, соизволил спасти свое создание… войдя во утробу Пречистой Девы и облекшись во плоть… прошел Бог воплощенный, родившись неизреченно и сохранив нетронутым девство Той, Которая родила „.[23]

Что касается второй части этого главного (догматического) раздела Саввиной жичской Беседы о правой вере, то она содержит православное исповедание о почитании честного Креста и святых икон Христа, Богородицы[24] и святителей, а также св. церковных сосудов, храмов и св. мест.

В связи с учением о Воплощении и Воскресении Богочеловека Христа, св. Савва так говорит об иконах: „Покланяемся и лобызаем всечестный образ человеческого тела Бога Слова, помазанного божественным и пребывавшего неизменным, дабы помазуемый верою, мыслил, что зрит телесно Оного Бога, Который пришел и жил посреди людей; покланямся древу честного Креста и святым честным сосудам и божественным церквам и святым местам; покланяемся честному образу Пресвятой Богородицы и ликам всечестных Божиих угодников…“.[25]

Догматический раздел содержит еще и исповедание о принятии семи вселенских соборов (которые там все и перечисляются) и поместных соборов Православной Церкви.

„Принимаем все свв. Соборы, по Божией благодати, что собирались во всякое время и место ради возвещения благодати божественной и евангельской жизни, их же принимает соборная Церковь…“.[26]

В конце следует анафема еретикам и их отлучение вместе со всеми их „злыми догматами“ (т.е. еретическими лжеучениями), от коих своевременно отреклись и предали их анафеме и свв. Отцы. „А от которых отреклись они – свв. Отцы – отрицаемся и мы, и которых прокляли они, проклинаем и мы“.[27]

hilandar

Что касается заключительного раздела Беседы, то в нем св. Савва вновь возвращается к своей первоначальной теме – о правой вере, которую именует теперь благочестием (набожностью). Сие многозначное выражение, кое мы часто встречаем и в Св. Писании, и у свв. Отцов, означает здесь (и в православных текстах вообще) нераздельное единство правой веры и правой жизни по Богу, единство Истины и нравственности.

Поэтому термин этот в Православии прежде всего богословский и, одновременно, догматическо-моральный. Святитель Савва сознательно отождествляет его с набожностью, т.е. с правой верой, которая была изложена выше, и которую он в Беседе желает применить к жизни любого православного христианина (своего чада). К практической вере он относит: учение Апостолов, Пророков и Святителей, т.е. учение Самого Господа Иисуса Христа, а затем – молитву, соблюдение заповедей Божьих, „слово Божие и святую веру Христову“, „духовную науку“, которая не есть „игра слов“, но проповеданная и открытая нам вера Божия, вера, на коей зиждется вся Церковь и вся ее иерархия и дела.[28]

Как результат принятия и жизненного усвоения этой всеобъемлющей Набожности есть, по словам св. Саввы, „от Бога спасение в этом веке и в будущем“, т.е. вечная жизнь во Христе Боге, превыше греха и смерти. И само это неприобщение смерти уже далеко от греха, т.к. именно с приобщением ко греху вкус смерти познал весь род человеческий до Христа“.

Св. Савва подчеркивает далее, что все все чины Православной Церкви, все ее установления и священнодействия основаны не на человеческой, но на Божьей вере, и держатся и совершаются силой Св. Духа, т.е. и ни в коем случае не могут считаться человеческими и „поповскими“ выдумками, как о том говорили и клеветали богомилы. Богомилы вообще отвергали всю иерархию Церкви, почему в своей Беседе св. Савва и напоминает: за кого подвизались и за что боролись свв. Апостолы, Мученики, Святители и Преподобные, чему они нас учили и что нам передали. Св. Савва приводит обширные цитати из Ветхого Завета.

Он делает это намеренно чтобы подчеркнуть значение последнего дла христианской Церкви – вопреки богомильскому отвержению и отрицанию ветхозаветного Откровения и приписыванию его дьяволу.

С учетем заключительной, конечно же, неслучайной ссылки в последнем раделе жичской Беседы о правой вере на Пятую книгу Моисееву, именуемую „Обновленные законы“ (Второзаконие), становится ясно, насколько прав был „богоумный иеромонах Доментиан“, когда сравнивал архиепископа Савву Сербского с вождем еврейского народа – Моисеем Боговидцем.

На всесербском Соборе в Жиче первый сербский архиепископ именно обновлял богооткровенные законы и догматы веры Христовой во всем сербском народе.

Извор: Србија.Ру http://www.srbija.ru/mat/prav/1671-id

Advertisements
Овај унос је објављен под Опште. Забележите сталну везу.